О подготовке снайперов в ВС РФ

2
3925

В 2008 году была принята “концепция снайперов“. С этого документа началось становление снайперского искусства в современной российской армии.

Как ни странно, о такой важной, секретной, крутой, модной… (продолжить самостоятельно) профессии ранее толком не вспоминали. СнайперА (именно снайпера) были, но по одному на батальон. По штату положено. О специальном обучении снайперов и тем более спец работе и речи не было. Так выкосили целый пласт знаний и практического боевого опыта с 1989 по 2008 годы. Эту брешь закрывали те немногие, кто получал “практику” в 1 и 2 чеченскую. Плюс бойцы спецподразделений, перешедшие на более спокойную работу в вооруженные силы. Как вы понимаете, концепцию 2008 года похоронили на полке.

Опомнились в 2011, написав новую. Без особых изменений. Стали собирать роты снайперов в сухопутных подразделениях от бригады и выше (в разведке оставались свои снайпера). Таким образом, на 3000 бойцов в бригаде было порядка 50 снайперов, включая офицеров.

Всё это было в момент моего прихода в войска специального назначения. Сказанное ниже – личный опыт. Информация о людях и подразделениях по понятным причинам изменена.

Подготовка снайперов

Ротой командовал боевой офицер – 2-я Чечня, Абхазия. У него орденов больше, чем у комбрига. Старшина-взводник такой же. Оба “практики” – и удача, и проклятье.

Согласно НФП наша подготовка должна была включать рукопашку, военное плавание, акробатику и многое-многое другое. По факту же, мы бегали, подтягивались, отжимались и ползали. Много ползали. Очень. Если бы существовало спортивное ползание, я был бы среди чемпионов мира. Погода не помеха. есть всегда. Ежедневно по 5-6 часов мы занимались. Мороз, , дождь – не важно, побежали. Чтоб ты понимал, десятку бегали, “чтобы проснуться”. Прибежали, отжались и гуськом на этаж, учиться. А после – снова: бег, ползание, подтягивания.

Учились мы много. Основные элементы СВД, ВСС, ПСО, внутренняя , определение расстояния до объекта, тактика боя, маскировка… Даже шитье. Без шуток. Свои “комки” мы готовили сами. Полсотни тел на “взлетке” шьют себе одежку – особое зрелище. И опять учеба. Тысячная, MOA, mil-dot, особенности холодного выстрела, продольно-скользящий и булл-пап, траектория полета пули…

Ты знал, что 70-80 менее точные, за счет измененной нарезки каналов ствола? Зато стало возможно стрелять бронебойно-зажигательными. Бронебойно-зажигательными, Карл! Из снайперской винтовки!

Выучив азы, мы получили доступ к телу – винтовке. Мне досталась девственница 82-го года выпуска. Я замучился её вычищать. Наконец, мы стали “ваапще снайпирюгами“. Грозными воинами с идеальной точностью. Так мне казалось. Первые стрельбы показали другое. Процент попадания на 100 метрах был близок к категории “случайность”, количество отбитых плеч и разбитых бровей – не сосчитать. Ощущение, что мы не стреляли, а дрались.

С тех пор стреляли часто. Неприлично часто. Более полутора суток чистого времени, проведенного на стрельбище, в неделю. Это без учета работы на СКАТе, шлифованию изготовки, прицеливания и пострелушек с УСМ.

Фантазия командира ограничивалась техническими возможностями полигона, поэтому стреляли ото всюду: из зданий, в здания, с крыш, окопов, укрытий, секретов, с прикрытием и без, с бруствера, с деревьев, из подвалов. Работали на дистанциях до 800 метров относительно свободно. Под прикрытием, и корректировали артиллерию. Погода и время суток в расчет не брались, так как есть не только ПСО, но и ПН.

Работали изо всего, не ограничиваясь СВД: вся линейка АК, стоявшая на вооружении; РПГ-7, ВАЛ, ВСС, АСВК, ПБ. Не довелось поиграть с АГС-17 и манлихером. Их привезли через пару дней после моего увольнения.

Иногда составлялись ориентировки или отчеты о ликвидации мышей, имевших наглость посетить расположение. Эти документы имели вольные дополнения и описание сражений не на жизнь, а на смерть доблестной снайперской пары дневальных против превосходящих сил мышей с пуэрториканским акцентом. Естественно, побеждал наряд, израсходовав при этом весь БК и один тапок. Надо же было как-то развлекаться.

Рассказывая о нашем обучении, нельзя не затронуть пребывания “в полях“. Учились выживанию, засадам, ночевкам в лесу с и без укрытия, организации схронов и секретов, рытью окопов, поиску еды, воды, передвижению по лесу и полю, снова ползали, учились брать “языка”, снимать часовых, вести наблюдение, разработали кодовую систему связи в подразделении (которую все помнят до сих пор), работали на связи и установке растяжек и сигналок, обнаружению стоянок, ДОТов, засад, схронов.

Мы были единственные, кто, уехав “в поля“, потом еще уходил жить в лес. Даже наши братья по оружию – разведчики – оставались жить в палатках. Так же они были сильно удивлены, когда вся наша банда впервые отдала им свой и без того не богатый паек. Вводная была проста и жестока: “Бойцы, отправленные в лагерь за провиантом, еду потеряли. Выживаем“.

Нас делали злыми. Дерзости и удали молодецкой хватало и без того. Чтобы питаться не только травой, учились мародерить. Помимо трофейных котелков, фляг, ремней, кепок и мпл, однажды разжились “дополнительными” ТВНами и дизельным генератором, честно отработанным у связистов. Но основной целью нападения естественно была кухня. Буквально на второй ходке банду жестко и очень доходчиво осекли наши же начальники. После чего вернули паек. Тогда это казалось круто: по колено в грязи, по уши в дерьме. Сейчас вспоминаю с улыбкой.

Все, что мы изучали, сложно было впихнуть во время, отведенное на изучение программы снайперов, поэтому мозг кипел и плавился от постоянной психологической нагрузки и давления. Отсев был конский. За первую неделю минус 2/3 парней. Многие не выдерживали и уходили сами.

Описывая все это, сложно не скатиться в истории. Что-то я вкратце рассказал в этой статье, что-то никогда не будет рассказано: поймут только те, кто был там. Таких осталось немного. Кто-то спился, кто-то служит/ушел в органы разной степени важности (с такой подготовкой дороги открыты во многие конторы), кто-то ушел воевать, кто-то отправился в “царство вечной охоты”, или, как говорил командир, “ушел в закат”…

А я… А что я? Я рассчитываю, что все эти знания мне понадобятся только для охоты, споров в интернете и компьютерных игр. У меня никакого желания наблюдать в оптику человека, и надеюсь, что моей семье не пригодится применение полученных навыков. Как бы то ни было, в моей жизни особняком стоит девиз “One shoot, one kill“. Как будет дальше – увидим.

2 КОММЕНТАРИИ

  1. Мосинка в современном мире больше идеализирована. да она очень долго была в строю, но это не показатель высокой точности стрельбы. тут слишком много факторов влияния. и винтовка лишь один из них

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Напишите ваш комментарий!
Ваше Имя
Этот сайт защищен reCAPTCHA и применяются Политика конфиденциальности и Условия обслуживания Google.